Я несколько раз думал о нем после того, как вернулся в свой мир. Меня волновало множество вопросов. Почему я не могу его увидеть? Почему я скучаю по тому, с кем едва знаком? Как он справляется и что думает обо мне? Выполнив свое предназначение, я исчез, словно моего появления в другом мире и вовсе не было, ведь Ниалл не заметил моего физического отсутствия. А значит, я — всего лишь сон, а сны, по словам повелителя, ангелам и демонам не снятся.
Я на самом деле хотел вернуться домой, я должен был, мой мир буквально рушился, а небо разрывало на части, но наше прощание с Малтбонте разбивало мое сердце и делало больно. Сможет ли он мне доверять, если мы снова встретимся?
Шепот во тьму:
— Мальбонте.
Но как бы мне не хотелось услышать его голос, ответа не последовало. Ни через день, ни через неделю, ни через месяц.

Засыпая, я снова борюсь с зовом в своей голове, Тиамат пытается проникнуть в мое сознание, призвать свое создание, как и армию аннуаки, встать на ее защиту, уничтожить всех. В этот раз я достаточно силен, чтобы давать ей отпор, раз за разом запирая двери своего сознания, мой дракон был на моей собственной цепи, у него не было шанса выбраться. Я больше не был послушным. Я хорошо справлялся, потому что больше не одинок, в этом бушующем океане и беспросветной тьме у меня есть яркий горящий маяк. Я думаю о друзьях, о Никкаль, о людях и магах, которых мы можем спасти. Я верю в нас, верю в Ниалла и Никкаль. Я не герой, но в этой истории у меня своя роль. Я рядом, я готов стать и оружием, и щитом.

Я не перестаю думать и о Мальбонте, прикасаясь кончиками пальцев к своим губам. Безумие. Как меня мог очаровать мужчина? И как я мог потерять контроль? Или это лишь мое оправдание перед собой и перед Никкаль. Сейчас нам некогда было разбираться в своих чувствах или выяснять отношения, и в наш без того сложный треугольник добавился еще один угол. Мальбонте был моей сокровенной тайной. И я не хотел пока делиться тайнами, оставляя их только себе. Эгоистично, жадно. Мальбонте, как и Никкаль, стали моими сокровищами.
Нужно было просто отпустить полудемона в своих мыслях, но часть меня теперь принадлежала ему. Я чувствовал пустоту в своей груди, и мне хотелось ее заполнить. Им. Я думал о том, как его рука касается моей груди, как властно он сжимает мои волосы на затылке, как держит меня за запястья. Я думал о нем, пытался заглушить эти мысли, используя Никкаль.

Было приятно наконец засыпать в постели. Остальная часть обосновались в Академии, занимаясь подготовкой отряда, я же предпочитал не светиться перед повелительницей Иштар слишком часто и не усложнять ситуацию. Само мое присутствие накаляло обстановку. Я оставался в ближайшей деревне на ночь. Днем занимался тренировкой Никкаль, разведкой и помогал с аннуаки и больными.

Весь сегодняшний день меня клонило в сон, в груди возрастала тревога, я чувствовал неестественную пульсацию в своих висках. Я успел дойти до хижины, захлопнуть деревянную тяжелую дверь. Я просто провалился во тьму. Я снова не понимал, реальность это или игры хаоса в моей сознании. Я не падал, не летел, не обращался в дракона. Меня проглотила тьма, чужая, но мне уже знакомая. Не было сомнений, где я или по чьей воле снова оказался на границе миров.
Мальбонте.

Мои глаза привыкли к темноте и я отчетливо стал различать уродливые густые тени.  Эта энергия не принадлежала Мальбонте. Я шёл за сгустком чужой энергии, оставаясь не замеченным. В конце этого бесконечного тоннеля я видел свет догорающей свечи и уснувшего в кресле Мальбонте. Я в одно мгновение очутился рядом, перекрывая путь тени, при свете свечи она принимала нечеловеческую форму, демон, монстр, чудовище. Я схватил его за шею крепкой хваткой, приподнял и отбросил от Мальбонте. В моих ладонях засверкала магия хаоса, резкий пас — уродливая тень сгорела, кривясь, в сознании повелителя, оставляя после себя только рассеивающийся пепел.
Я мог незаметно вернуться туда, откуда пришел, через тьму обратно в хижину, но мой взгляд остановился на Мальбонте.

Я подошел к нему неприлично близко, коснулся кончиками пальцев его лица, проведя большим пальцем по скуле до уголка его губ.
Что я делаю? Зачем я остался? Это ведь всего лишь реальность снов, а мое тело наверняка осталось лежать без сознания на полу хижины. Но мне хотелось, чтобы Мальбонте знал, что я рядом. Я не пропаду, не исчезну безмолвно. Мы связаны и эту связь не разрушить. Просто ей нужно научиться пользоваться.

Всматриваясь во тьму я начал мысленно перестраивать пространство вокруг себя, тьма обрела светлые стены с колоннами, а в комнате кроме кресла появилась другая мебель, и даже ванная, подобная той, что я принимал на Небесах. Эта комната смешала в себе воспоминания о красивых интерьерах, где я бывал раньше. Сны могут быть красивыми, нам совсем не обязательно встречаться в темной и холодной пещере. Магия хаоса была способна менять реальность в сознании. И сейчас я был в голове Мальбонте, куда только что хотел вторгнуться кто-то настойчивый, скрытный, но не настолько сильный, чтобы отбиться.
Мальбонте открыл глаза. Я не знал, что он видел или чувствовал, пока он спал, а я хозяйничал в его сознании, но сейчас мы отчетливо видели друг друга. Его глаза были темнее ночи, и я не мог понять, рад он мне или меня ждет наказание?

— На чем мы остановились, мой повелитель?

Я не ожидал такого резкого и ловкого движения от только очнувшегося от крепкого сна Мальбонте и не удержался на ногах, потеряв равновесие, приземлился к нему на колени. Это было одновременно волнующе и неловко. И даже развязно со стороны повелителя. Я сам ходил по тонкой грани между можно и нельзя. Мальбонте снова брал контроль в свои руки, мне оставалось лишь... поддаться ему или держать себя в руках, сохраняя ясность своих мыслей. Повелитель не позволил мне подняться. Достаточно крепкой хваткой полудемон развернул моё лицо к себе, задавая свой контрольный вопрос, буквально сводящий меня с ума. Он не успел остыть, не забыл меня и злится недостаточно сильно, чтобы обида умерила его жадность и желание обладать мной. Он правда ждал, что я приду в его темные сны и покажу, какими яркими они бывают? Это было очевидно, ведь Мальбонте не скрывал своих чувств, хоть и не говорил прямо, чего он хочет. Его взгляд, похотливый, голодный, в нем не было места любви ко мне. Это было нечто другое, темное, сильное, безумное. Всепоглощающая страсть из-за которой рушатся жизни.

От его прямого, настырного взгляда по всему телу проходили разряды, кружилась голова, а сердце бешено колотилось, как будто я только что пробежал марафонскую дистанцию. Повелитель дразнил меня, а я совсем не собирался уступать ему, и в этот раз у нас было время, чтобы не только разобраться в текущих проблемах, вроде той, что осталась горсткой темного пепла на полу. Я наклонился к уху полудемона, освобождаясь от его хватки, перехватывая его руку своей, теплым дыханием коснулся его кожи.
— У меня есть несколько вариантов, мой повелитель,— мои влажные губы скользнули по  его шее медленно, языком я нежно коснулся его уха, а затем прикусил. Нежность сменялась игривостью, едва заметной болью. Я отстранился и выпрямился, чтобы взглянуть на Мальбонте.

— Ты мой, повелитель,— твердо сказал я, проводя острыми драконьими когтями по его шее вниз к ключицам. Мальбонте вздрогнул, почувствовав, как мои пальцы оставляют за собой кровавые полосы на его теле. Неожиданная боль, смешавшаяся с предвкушением. Я провёл дальше рукой, разрезая его одежду до штанов, не сводя с него своего вызывающего взгляда. Я спустился ниже, к его груди, и нежно поцеловал его там, где билось его сердце. Его дыхание участилось, пресс напрягся, он не выдержал и взял меня за волосы свободной рукой.

Что ты мне сделаешь, Мальбонте?
Мои мысли были слишком громкими. Мы оба слышали их, и я не смутился, не залился краской, как мальчишка. Мы оба сдерживались, играя в новую для себя игру. Хоть я много раз представлял наши горячие поцелуи, находясь в своём мире, я не торопился в этот раз, растягивая удовольствие. Мне нравилось дразнить повелителя. Мне хотелось, чтобы он запомнил эти мгновения навсегда. И у меня была идея.

Я встал напротив Мальбонте, показывая ему небольшой, но интересный фокус, пальцами перебирая искрящий воздух с магией, переплетающейся с нашим сознанием. В моих руках оказалась веревка, пускай и тонкая, но отличающаяся особой прочностью, заключающая в себе магию, из хватки которой не вырваться даже такому сильному полудемону, как Мальбонте. Я коснулся его ноги своим коленом, безмолвно призывая подняться.

— Жуткий собственник, я запомню, - улыбаюсь я. Мне это нравится, ради этого я остался. Губы чувствительные, онемевшие, после его долгого и страстного поцелуя. Я был словно в тумане, но мысли мои не путались. Я четко осознавал, чего я сейчас хочу. Мальбонте.

— Тебе так нравится, когда тебе подчиняются, когда идет все по твоему четко выверенному плану? Я вхожу в твои планы?
Это был риторический вопрос, кому это не нравится? Но повелитель был слишком педантичен и собран, а его жажда контроля напоминала манию. Мне было интересно, хотел ли Мальбонте подчинить меня или он был готов к неожиданным поворотам, к тому, что просто со мной не будет. Упираюсь ладонью в грудь Мальбонте и своим резким напором вперед подталкиваю повелителя сделать несколько шагов назад, отступая, пока тот не упирается в спинку кованной кровати ягодицами. Мы намеренно сталкиваемся телами.

— А что с веревками по-твоему делают, Мальбонте? - очередной вызов, я облизал свои губы, пересохшие от горячего дыхания. Я был очень близко, нагло и развязно смотрел на него, желая ненадолго лишить его контроля надо мной, над ситуацией в целом, выбить у его почву из-под ног. Он привык сам задавать сценарий любого действия, я же привык следовать за своими чувствами. И вместе с тем мне хотелось изучать его и мучить, доставляя удовольствие, доводя до экстаза. Мой личный демон открывал во мне то, что давно было спрятано.

Я взял его руки, завел за его спину и крест на крест связал запястья под крыльями, затягивая крепкий магический узел. Несколько ловких, но неторопливых движений, переплетений золотой веревки в тугие узлы —  и Мальбонте был частично обездвижен.  Мальбонте попытался дернуться, но вытащить ни одну, ни другую руку не вышло.
Моя самодовольная улыбка и ощущение маленькой победы.
Я прикасался к нему очень медленно, растягивая удовольствие, открыто издеваясь над ним, я касался его тела руками, губами, языком, оставлял на нем следы укусов и засосов. Удовольствие мешалось с болью, когда веревка врезалась в его кожу при каждой попытке лишний раз дернуться. Я скользил по его торсу носом, щекоча дыханием, влажными губами, заставляя его тело напрягаться от смены ощущений: больно, слишком приятно, щекотно.
Я вернулся к его губам, наконец сам целуя его, дерзко, вталкивая свой язык в его рот.

Расстегиваю застежку на его брюках, запускаю одну руку под белье, чувствуя его горячее возбуждение своей ладонью, глажу его, сжимаю, снова глажу, надавливая пальцами. Я зажал его член в своей руке, начал медленно двигать рукой, иногда пропуская головку между пальцами. Его неровное учащающееся дыхание возбуждало меня еще больше, но я не терял самообладание. Я поймал губами едва слышный сдержанный стон. Я прижался сильнее к повелителю, продолжая двигать рукой, меняя темп, другой рукой провел ладонью от поясницы вниз, останавливая и грубо сжимая его ягодицу.
Не буду лукавить, я несколько раз представлял нас, представлял, как сливаются наши энергии в горячем танце наших тел. И сейчас мы наконец-то снова были вдвоем, начиная ровно с того, на чем остановились.

Щелчок пальцами у наших лиц , и веревка в мгновение рассыпалась, освобождая Мальбонте от заключения, восстанавливая его кровоток. Ему нужно немного времени,  и я отошел от него, попутно расстегивая ремни на своей одежде. Освободившись от одежды, я спустился в бассейн, наполненный чуть теплой водой. Вода чуть остудила мой пыл, давая время для новой игры.

— Не присоединишься, мой повелитель? — провожу мокрой ладонью по своей голове, убирая волосы с лица. Маленькие прохладные капли ласкают мою кожу, стекая по моему лицу и шее.

Мурашки побежали по телу совсем не от прохладной воды, а от того, как Мальбонте взаимодействовал со мной, будто заранее знал мои слабые места, словно у него уже была инструкция. На грани, вызывая внутри меня настоящий пожар, потрясающие чувства. Я забывал дышать и совсем не контролировал ситуацию, просто знал, по какому направлению нужно двигаться, у меня не было сомнений в собственных решениях. Мальбонте захватил мои мысли после первой нашей встречи, пленил мой разум. Его рука на моей шее вызывала яркую вспышку воспоминаний, лишь добавляя напряжения между нами. Я не скрывал своего возбуждения, без белья в такой близости и не скроешь. Мои руки скользили по его спине, а от его ласки я с силой вонзал свои пальцы в его тело, пытаясь удержаться, прижал его к себе сильнее.

Мне одинаково хотелось овладеть им,  и чтобы он владел мной. Такое было со мной впервые за долгие годы, я был готов подчиняться, а не вести сам. Он кружил мою голову, сводил с ума, и я пьянел от его ласк, нежных и грубых. Я хоть и выглядел уверенным, все же скрывал небольшое волнение. Я уже не раз прокручивал развратные сценарии в своей голове, продуманные до мелочей по ночам. Что, если... Каждый раз крутились мысли по кругу, как только я думал о наших поцелуях, о том, как прижимал повелителя к креслу, а он удерживал мои запястья. Но в реальности все ощущалось острее, чем в моем воображении, я смотрел на Мальбонте горящими желанием глазами.
Мне хотелось одновременно и получить долгожданное удовольствие, и свести повелителя с ума наслаждением, которое мог доставить ему сам.

Я взял за талию повелителя и резко приподнял его, усаживая на бортик бассейна. Вода потекла по его рельефному телу. Без стеснения я прильнул губами к его животу, проводя языком, уверенно спускался ниже. Поцелуи перешли на его возбужденный горячий член, я проводил губами и языком от основания к головке,  сжимал бедра Мальбонте пальцами, стараясь от нарастающего возбуждения не выпустить свои драконьи когти. Я играл с ним языком, периодически поднимая на него свой непокорный взгляд, каждый раз он смотрел прямо в мои глаза. Дразня повелителя еще больше, я взял его член в рот.
Одной рукой Мальбонте гладил мою голову, чуть направляя мои движения. Став увереннее в своих действиях, Мальбонте прижал ладонью мой затылок, насаживая мой рот на свой член сильнее, его бедра начали покачиваться вперед и назад.
Я слышал его прерывистое дыхание и то, как он сдерживается, закрывая рот на вдохе. Я перехватил его член рукой, продолжая движение слегка сбавив темп, заговорил.

— Ты хочешь войти в меня? Или… чтобы я? Это ведь твой первый раз с мужчиной? - предположил я, но в своих словах был более чем уверен. Мне не хотелось давить на него или заставлять делать то, к чему он может оказаться не готов, но вопрос согласия был вполне уместен, хотя пути назад для нас уже не было.  Все зависело от его решимости, ведь я готов был на любое его желание.

Я улавливал малейшие изменился в его реакции, запоминая, на что больше откликалось его тело. Я приподнялся на ладонях из воды, я оставил несколько засосов на его шее, чмокнул резко Мальбонте в губы. Дурачась и улыбаясь, вернулся в воду и обрызгал повелителя, не успевшего увернуться. Я растекся в мягкой улыбке, смотря на обнаженного и мокрого Мальбонте .

Мальбонте не смутил мой вопрос, однако он легко увернулся от прямого ответа, оставив себе еще немного времени подумать. Он получает то, что хочет. И мне было приятно знать, что та искра между нами разгорелась и в нём от томительного ожидания новой встречи, пускай в этот раз я смог прийти лишь в его сне. Возможно, когда-нибудь мы сможем умерить пыл, но сейчас у нас была возможность наслаждаться нашей близостью, физической и эмоциональной. Ничего больше не имеет значения, только я и мой повелитель. Только то, что происходит сейчас. Моё тело и его, сливающиеся в единое целое.

Повелитель развернул меня к себе спиной, и я почувствовал, как он упирается мне в ягодицы своим вставшим мокрым членом. Его поцелуи, такие контрастные, нежные и страстные, испытывали меня на прочность. Мальбонте был уверен в своих действиях, он осторожно входил в меня, придерживая. Ненадолго задержался, дав нам обоим привыкнуть к необычным ощущениям. Я ощущал наполненность внутри, ему же было тепло и узко. Я почувствовал, как повелитель полностью прижался ко мне, погрузившись во всю длину. Дискомфорт достаточно быстро прошёл.
Мальбонте двигался сначала медленно, затем, войдя во вкус, ускорился, прижимая меня сильнее к бортику бассейна. Жесткие, быстрые движения. Сильные руки, сковывающие меня, то нежно гладящие, то сильно сжимающие мое тело.

Наслаждение нарастает, мои бедра прижимаются к нему все сильнее. Одной рукой закрываю свой рот, прикусываю указательный палец, сдерживая тихий стон. Рычу. Я не мог ни о чём думать, только о нём. О том, что он делает со мной, меняет привычные роли. Он нужен мне, я хочу его. Еще больше. Эти чувства были сильнее меня.

Я постарался выпрямиться, разница в нашем росте едва была заметна, и мы оба могли оценить удобство. Я повернул голову, нежно коснулся его губ и нагло и резко вторгся в его рот своим языком. Он не мог так просто оставить меня без дела. Поцелуй становился жарче и настойчивее, руки Мальбонте ласкали меня, заставляя ощутить новую волну удовольствия. Я же свою руку запустил в волосы Мальбонте, сжимая на затылке каждый раз, когда было слишком хорошо. Повелитель словно знал, как управлять моим телом, он полностью контролировал меня. Я взял свой горячий член в руку, и тут же почувствовал ладонь Мальбонте поверх своей.

Его губы с силой впивались в мою шею, оставляя багровые страстные следы. Он снова двигался во мне, кусая за шею и мочку уха. Его дыхание, его запах, его руки и член — все сводило меня с ума. Он не давал мне ни секунды передышки, заставляя моё тело содрогаться в его сильных руках.

Мальбонте был особенным. Не из-за моей магии внутри него, его собственная мощная энергия, его душа и изучающий взгляд с первой секунды заполнили меня, не оставляя мне ни единого шанса устоять перед ним. Я не думал о том, что знаю о Мальбонте недостаточно, ведь по сути только я открылся повелителю. Хаос не дал нам возможности узнать друг друга лучше в первую встречу, во вторую же... мы начали совсем не с разговоров, убийство паразита в его сознании и секс — довольно неплохой шаг к сближению.
Сложно было сказать, что мы никуда не торопились. Весь именно это мы и делали: торопились получить максимум друг от друга, надеясь, что в этот раз у нас есть время.

Воспоминания о Мальбонте, об искрах и страсти, закипающей между нами, незабываемы для меня, будь это реальность или невероятно красочный сон. Мое лицо, мои руки горят, не от смущения, от того, насколько может быть горячим тот, кто привык прятать все свои чувства под слоем льда. Со мной он был свободен от своего образа, от того, кем он является на небесах, от своих обязанностей. И мне хотелось, чтобы он был моим. Мальбонте сводил меня с ума: улыбкой, взглядом, прикосновениями, своей властностью и одновременно чувственностью. Поцелуй, мимолетный, но сладкий, я забываю, как дышать. Мое тело расслаблено, но разум взбудоражен теми искрящимися чувствами, что я испытывал к нему. Это была чистая страсть, безумная похоть, связь душ и что-то ещё, что-то теплое. Я влюбляюсь в него? Это может сделать для нас все куда сложнее.

— Я зол, пока ты не вернешь меня в свои объятия, — говорю я с серьезным лицом, а сам всё еще перевожу дух. Произошедшее было великолепно, и я доволен, и я без ума от него. Но сам не иду навстречу, делая несколько шагов к бортику бассейна. Мне хочется почувствовать куда более весомую опору под собой, моему телу нужна ровная поверхность хотя бы на несколько минут. Я выхожу из бассейна через бортик, с легкостью поднимая свое человеческое тело, беру полотенце рядом и начинаю медленно вытирать свое мокрое тело, внимательно смотря за тем, как Мальбонте наблюдает за мной.
Это безумно заводит, его тяжелый не насытившийся взгляд. И мне нравился этот взгляд, никто так никогда не смотрел на меня. Мне бы хотелось остановить время, чтобы побыть с ним побольше, ведь Маль захватил мое сознание, мои мысли, и я не знаю, как жить в мире, где он не рядом со мной.

Мальбонте поднялся, и я подошел к моему повелителю с сухим полотенцем, медленно пропитывая мягкую ткань мелкими каплями. Он красив, с него обнаженного нужно писать картины. Внутри меня бились приятные чувства удовлетворенности, трепета. Я не понимал, откуда столько волнения в моей душе. Поймал кончиками пальцев несколько капель воды, стекающих по его животу и повел пальцами, играючи вверх по его оголенному торсу.
Почему Мальбонте не предупредил меня держаться от него подальше? Ведь Маль заполнял собою всё, вызывая во мне желание гореть в его огне, остаться в плену его темных глаз навечно. И мне хочется сберечь свое сердце, но я прекрасно осознаю, что я пропал, что отдал все ключи ему добровольно.

Смело беру повелителя за руку и веду в кровать, опускаясь первым, мягко тяну его на себя. Наши прохладные от воды тела соприкасаются, и от новой близости по моей спине проходят разряды. Приближаюсь к его губам, целую его нарочно медленно, играю с его языком чувственно, не торопясь, изучая другие его грани. Распаляющая нежность. И демон, и ангел.  Вожу пальцами по его плечам, по спине, вырисовывая знакомые лишь мне символы.

И мы лежим рядом, на одной большой подушке, а его лань в моих руках. Рисую нежные щекотные узоры, оставляя сиреневые отблески магии на его руке, которую жадно впитывает его тело. Улыбаюсь, наслаждаясь тем, какое доверие ко мне испытывает мой повелитель.

— Наша связь... чувства, — уточняю я, — никак не связаны с цветком хаоса внутри тебя. Я хочу, чтобы ты это знал и понимал. Мои чувства к тебе, они настоящие. Никогда не думал, что такое возможно.юю Но не буду лукавить, хаос внутри тебя приходит в движение в моем присутствии, желая получить еще больше силы. Это не хорошо, и не плохо. Просто данность.

Снова нарисовал узор магией на его ладони, проведя чуть дальше к запястью. И его тело послушно и жадно впитало мою магию, ту, которой я добровольно делился.  Но... стоило мне вложить в магию иные чувства и смысл, Мальбонте не мог сопротивляться, пока не мог. Я опутываю его запястья веревкой из хаоса, поднимаю его  руки над головой, с силой удерживая одной рукой.

— А это интересно, — проговариваю в его губы, оттягивая зубами нижнюю губу, сажусь на него сверху, прижимая его к кровати. — Сможешь справиться со мной? Уложи меня на лопатки.

Мальбонте смотрит на меня, улыбаясь глазами, в движении его взгляда по моему телу столько провокации. Похоже, он не собирается играть в глупые мальчишеские игры, но это не расстраивает меня, но несколько озадачивает.

— А мог бы оказать сопротивление,- смеюсь я в ответ. – Ты такой…серьёзный, мой повелитель.

Мальбонте медленно облизывает свои губы, и я не сдерживаюсь, наблюдая за ним, опускаюсь ближе к его лицу. Я провел языком по его губам, также медленно, как делал он секунды назад, хитро дразня меня. А я не собирался оставлять его безнаказанным за эту маленькую шалость, распаляющую меня. Я со всей нежностью прильнул к губам моего повелителя, медленно углубляя поцелуй, сплетая наши языки. Я прижимаюсь своим обнаженным телом к нему, не оставляя между нами ни миллиметра, сжимаю его бедра своими. Новый поцелуй был другим. С Мальбонте все ощущения были почти нереальными, яркими, сумасшедшими. Мы словно делали что-то запретное для нас обоих, недосягаемое ранее, обнажали чувства, которые горели внутри, без страха или стеснения. Мы были частью друг друга, созданные в разных мирах. Мальбонте не был похож ни на кого, кого я знал за всю свою длинную жизнь. Уникальный, особенный, как бы приторно это не звучало.

Я снова поднялся, оставаясь сидеть на нем, упираясь коленями в мягкий матрас, но уже не удерживал руки моего повелителя, хотя развязывать Мальбонте мне совсем не хотелось, а ему самому понадобится время на то, чтобы совладать с хаосом, удерживающим его – поглотить, позволить ему уйти глубоко под кожу или уничтожить.

Я медленно водил подушечками пальцев по его плечам, ключицам, обводил грудь, спускался нежными движениями ладоней к его твердому прессу и возвращался обратно наверх массирующими и надавливающими движениями. Мы молчали, смотря друг на друга с такой чувственной теплотой. Молчание не таило в себе ничего: ни хитрых и коварных планов, ни обид и разочарований, это молчание означало, что нам было хорошо вдвоем, со словами и без слов. Мне хотелось уделить внимание почти каждому миллиметру его тела в зоне моего доступа.
Мальбонте громко и медленно выдыхал, вероятно, изо всех сил контролируя свое тело, его лицо, довольное и блаженное, добавляло мне азарта. Мне хотелось изучить его полностью, что ему нравится, на что откликается его тело и разум. Тяну за веревку и поднимаю его руки к своему лицу, прижимаю одну из ладоней к своей щеке, небольшой поворот головы – и я целую его ладонь, запястье, косточки пальцев, едва не касаясь тонких переплетений хаоса. То, что повелитель мне позволял сегодня: связывать в его собственном разуме – это абсолютное доверие, и я не сомневался в Мальбонте. Не сомневался в его искренности, и в том, что однажды он сам придет на мой зов, спасая меня от страшного будущего, не только потому, что мы связаны магией или переплетением нитей нашей судьбы, что мы сами связали в крепкий и прочный узел, подарив друг другу самый важный подарок  —  доверие.

И если сердце мое было отдано моей госпоже, то душа моя была крепко связана с Мальбонте. Он может отпустить меня по своей воле, но тогда всё, что заполняло его пустоту, уйдет вместе со мной, включая воспоминания реального мира и мира грез.

Я бы не хотел, чтобы ты отпускал меня.

Предложение Мальбонте (а было ли оно предложением?) было похоже на признание. Громкими словами такие, как он, никогда не раскидываются. Особенно, о любви. А это была именно она, ведь в каждом взгляде, в каждом прикосновении чувства разгорались сильнее, но они не были лишь плотским желанием, хотя влечение дурманило, не стоит лукавить. Я улыбаюсь, в этой улыбке таится слишком многое. Читает ли Мальбонте мои мысли или озвучивает свои? Это мое тайное желание, граничащее с безумием — оставить всё позади.

— Предлагаешь жить долго и счастливо?

Оставляю дорожку влажных поцелуев на его шее, скольжу языком, не в силах прекратить ласки. Губы онемели, любое прикосновение к ним отзывалось волной возбуждения.
Мы оба пока не знали, как перемещения работают между мирами и можно ли было остаться насовсем. Или Хаос не позволит подобному случиться? Но всё же он переплел наши судьбы. Сейчас мы находились где-то между мирами, на границе мира снов и реальности. Что же от меня зависит? Судьба моего мира?
— Я подумаю об этом, когда мой мир будет в безопасности. И все те, кто мне дорог. Я не могу поступить эгоистично, как бы сильно мне этого не хотелось..
Это был честный ответ, я не мог прямо сейчас выбирать, и меньше всего я хотел бы, чтобы встречу столь желанную омрачили мои метания.

— Есть обещания, что я не могу нарушить. И я обещаю тебе, мой повелитель, что все мои дороги будут вести меня к тебе.

Теперь мы были связаны, мы могли найти друг друга даже в самой глубокой тьме, но нужно было научиться пользоваться этой связью на расстоянии многих миров? Жили ли мы вообще в одном времени или наши вселенные переплетались столь причудливо и сложно? Нежные поцелуи шеи переходили в безжалостные укусы и засосы. Я вернулся к губам Мальбонте, приник языком в его рот, ласкал губы и его властный язык. Пока я был здесь, я не мог оторваться от него, к тому же, кажется, он вполне передохнул и набрался сил для второго раунда.

Я провел ладонью по его члену, верх и вниз, еще раз, еще. Делая движение вверх, я обводил большим пальцем головку, вниз — чуть зажимая член у основания. Я облизал несколько своих пальцев, обильно смачивая их своей слюной. Рука скользнула по внутренней стороне бедра Мальбонте и оказалась зажатой между упругих ягодиц. Кончик мокрого и скользкого пальца вошел в тугую дырочку. Мальбонте напрягся, но не сказал мне ни слова на мою вольность. Он был тем, кто привык быть сверху, а сейчас он позволял делать с собой... Как далеко он позволит мне зайти?

Я удобно уселся на кровати, раздвигая ноги Мальбонте и сгибая в коленях. Опустил голову к его паху, активно смочил его красивый возбужденный член слюной, несколько раз погрузив его в горячую глубину рта. Одновременно я вошел в его одним длинным пальцем, поднял свою голову внимательно смотрел за его реакцией на моё вторжение. Я игриво прикусил свою губу. Немного времени и движение становится беспрепятственным. Ощущать внутри себя того, от кого сносит твою голову, безумное чувство, не так ли? Движения были медленными, аккуратными, подготавливающими к чему-то большему, более волнующему, но в тоже время заставляющими Мальбонте не отступать. Мне бы самому не кончить раньше времени, но я получал удовольствие от близости, не сравнимое ни с каким другим. Возбуждение концентрировалось внизу живота, стягивая все внутренности, внутри меня всё плавилось. Я привстал на колени, пододвигаясь ближе. Коснулся своим членом его, зажимая оба в одной ладони, не останавливая движение другой руки.